«Кризис Веры». Л.Лэнц

В дверь тихонько постучали.

— Можно? – спросил тоненький голосок.
— Что значит «можно»? Давно пора быть здесь, — рявкнул старший.
На пороге стоял крохотный худенький чертёнок.
— Извините, дороги такие, что чёрт ногу сломит.
— Не сломал же. Нет у нас средств на дороги, плохо вы работаете, душ мало и некачественные. Вот раньше, помню…
Начальник мечтательно закатил глаза к потолку.
— Дороги были гладкие, как зеркало. Души по ним к нам катились…
Он поискал подходящее слово, накручивая на палец пышный ус.
— С удовольствием, в общем, катились! – не найдя сходу более приемлемого слова, сказал он. – А теперь? Нет средств, чтобы дорогу починить. Неужели все сразу святыми стали?

— Никак нет, — по-военному отчеканил мелкий. – Тут другая проблема. Ценные души по пальцам пересчитать можно, сражаемся за них с небожителями до последнего дыхания. У них ведь там тоже не лучше: лифт наверх барахлит, нимбы тускнеют, крылья облезли совсем…
— Что-то не припомню, разве был очередной потоп или обледенение? Куда все люди подевались?
— Никуда они не подевались, пустые только.
— Как?
— А так, сосут из них силы духовные и без нас. Когда находишь даже средненькую по качеству душу – удача. В основном наверху все бездушные ходят.
В каждом городе церквей, что грибов в урожайный год.
— Выходит, жатву светлые собирают, церкви же на них работают!?
— Нет, — со вздохом ответил чертёнок. – На себя они работают. Строить-то их строят, только в добро не верит никто, даже те, кто там «служит».
— Значит, они на нас работают?
— Тоже мимо. Им просто всё равно, как и тем, кто туда ходит. Кризис веры. Они только деньги любят собирать, а служить никому не хотят.
— Не понимаю, — удивился старший, — а зачем тогда люди туда ходят?
— Модно!
— Тьфу, ты! – возмущённо сплюнул начальник, потом, немного подумав, добавил, – Тогда вам должно быть проще. Раз храмы людей не прельщают, зовите их в злачные места. Хотят разврата – дайте им его, азарта – удовлетворите их желания!
— Бесполезно.
— Почему?
— Ничего они не хотят. Всё это могут получить, не выходя из дома и без нашей помощи. Называется – интернет.
— Ин… чего?
— Интернет. Это, как телевизор, но не совсем.
— А что с телевидением случилось?
— По нему давно уже такое показывают, что его никто смотреть не хочет, только плюются все. Там одни и те же старые тётки и дядьки поют под запись, фанера называется, сами украшены, как ёлки в новый год, блестят, в перьях, а некоторые вообще почти голые. А ещё есть парни немного моложе, но тоже разукрашены, как папуасы, в татуировках и в толстых золотых цепях, так эти что-то читают, только слов не понять, я пытался, честно. А в интернете и разврат, и матерщина, там такие словесные сражения бывают, что даже у меня глаза на лоб лезут, а уши в трубочки скручиваются.
Чертёнок покачнулся, но удержался, облокотившись на косяк двери.
— Можно мне чего-нибудь поесть? Очень кушать хочется, — попросил он.
— Эх, бедолага, ты не смотри, что я тут строжусь, должность такая, сам понимаешь. С продуктами в последнее время перебои, средств нет, да и дороги… видел же какие. Кипяточка могу налить, несколько котлов ещё работают, на всякий случай. На вот, держи…

Он достал из сейфа коробку с сухариками.
Чертёнок схватил сухарь и жадно стал его грызть, не дожидаясь обещанного кипятка.
— Что ж это творится-то? Сам пойду завтра, посмотрю, тут работы всё равно нет. Может быть, наладить что-то смогу, раз светлым не под силу.
А ты отдыхай. Только тут без меня смотри не помри, вернусь, еды принесу.
Он сунул руку в карман, и грустно добавил:
— Немного.
@ Лана Лэнц

Как же хочется порой

Видно старость наступила,

Не узнали друг друга… Эх, годы!