Какой прекрасный образ — кроткий, но не невинный. Это понятно, если знать, кем она была до встречи с Иисусом.( Кто без греха — пусть бросит в меня камень). Хочется смотреть и смотреть....
Наши спасители.
Как-то после нашей свадьбы звоню супруге в школу, где она работала по распределению.
— Можно Веру Федоровну?
— А кто звонит? (с детства терпеть не могу, когда задают дурацкие вопросы, не тебе же звонят.) Каков вопрос, таков и ответ.
— Ейный хахель.
— А она замуж вышла.
— Как это вышла, а почему она со мной не посоветовалась?
— Да вот так получилось, и почему это она должна была с вами советоваться? (тебе-то какое дело?)
— Ладно, тогда «зарэжу».
— Кого?
— Обоих и положил трубку. О чем дальше говорить.
Вечером мама Вера приходит с работы, пытливо смотрит на меня и спрашивает: — Ты сегодня в школу не звонил?
— Да вроде нет.
— Не ври, кроме тебя, кто еще смог бы всю школу поставить на уши.
— А в чем дело?
Оказывается, эта любознательная дамочка, с которой я разговаривал, осознавая всю свою гражданскую ответственность, озаботилась безопасностью нашей семьи, которую неизвестный маньяк приговорил к лютой кончине. Чтобы предотвратить смертоубийство, педагогический коллектив по инициативе этой дамочки решил обеспечить нашу охрану. А ведь сначала она обратилась для спасения нас в милицию, но там ребята оказались черствыми и не бросились на нашу защиту, у них хватило ума отослать эту дурочку подальше. Поэтому только дружный педагогический коллектив мог защитить нас. Мама, конечно, была растрогана, но сказала, что мы сами отобьемся. У нее с юмором было в норме.
Какой прекрасный образ — кроткий, но не невинный. Это понятно, если знать, кем она была до встречи с Иисусом.( Кто без греха — пусть бросит в меня камень). Хочется смотреть и смотреть....
ШЕЛЕХОВ — ИРКУТСКАЯ ОБЛ
Шахтинск, Шымкент
✨✨✨✨✨
Ну если он у тебя в шкафу месяцев 5 просидит
А патамушта!
С приставкой «само». А судьба Шумахера незавидна.
Не у всех же ум в заднице, надеюсь
Наши спасители.
Как-то после нашей свадьбы звоню супруге в школу, где она работала по распределению.
— Можно Веру Федоровну?
— А кто звонит? (с детства терпеть не могу, когда задают дурацкие вопросы, не тебе же звонят.) Каков вопрос, таков и ответ.
— Ейный хахель.
— А она замуж вышла.
— Как это вышла, а почему она со мной не посоветовалась?
— Да вот так получилось, и почему это она должна была с вами советоваться? (тебе-то какое дело?)
— Ладно, тогда «зарэжу».
— Кого?
— Обоих и положил трубку. О чем дальше говорить.
Вечером мама Вера приходит с работы, пытливо смотрит на меня и спрашивает: — Ты сегодня в школу не звонил?
— Да вроде нет.
— Не ври, кроме тебя, кто еще смог бы всю школу поставить на уши.
— А в чем дело?
Оказывается, эта любознательная дамочка, с которой я разговаривал, осознавая всю свою гражданскую ответственность, озаботилась безопасностью нашей семьи, которую неизвестный маньяк приговорил к лютой кончине. Чтобы предотвратить смертоубийство, педагогический коллектив по инициативе этой дамочки решил обеспечить нашу охрану. А ведь сначала она обратилась для спасения нас в милицию, но там ребята оказались черствыми и не бросились на нашу защиту, у них хватило ума отослать эту дурочку подальше. Поэтому только дружный педагогический коллектив мог защитить нас. Мама, конечно, была растрогана, но сказала, что мы сами отобьемся. У нее с юмором было в норме.
Инет