У нас пару лет назад поменяли лифт на новый.

Мы всем подъездом жаждали этой замены, предвкушали, как будем подниматься в новом и красивом лифте и совершенно без сожаления вспоминать старую коробку, в которой еще Буденный своего коня катал.И вот новый лифт заработал. Новый и красивый. Еще младые последователи невнятного стиля живописи, в котором творил Пикассо, ничего не нарисовали на стенах, но у жильцов уже начали закрадываться смутные ощущения, что «чего то тут не того».Дело в том, что старый лифт хоть выглядел как Панцеркампфваген после прямого попадания снаряда и наверняка состоял в клубе самоубийц, но возносил он людей на этажи быстро и, если не придираться к эстетике, в основном без претензий.Новое же убожество, после нажатия кнопки этажа, ждало 10 секунд, после чего мееедленно закрывало дверь и не спеша, как философствующий пилигрим, начинало свой нелегкий и долгий путь наверх.Кнопка «закрыть двери» наличествовала, но лифт, презирая любое насилие над его волей, на эту кнопку не реагировал.Для тех, кто ехал впервые, внезапный пипец начинался тогда, когда лифт доезжал до нужного этажа. Там он останавливался и, затаив дыхание, начинал прислушиваться. Кто его знает, что в этот момент творилось в его тормознутых мозгах, но внезапная тишина, без какого либо движения, очень негативно влияла на психику пассажиров.А это железное убожество, тихо-тихо постояв десять секунд на уровне заданного этажа, начинало соображать, что миссия-то еще не завершена! И что там в программе есть еще пару команд для завершения! И вот тогда, после тревожной тишины, эта железная скотина громким и торжественным голосом, как на торжественном приеме в Королевском дворце, внезапно объявляла всем присутствующим — «ПЯТЫЙ ЭТАЖ»! Сердце падало в ж@пу и пряталось там за выступом. А это железное порождение нездорового конструктора, радостно открывало двери, выпуская два раза обделавшихся от затейливого алгоритма работы лифта.Намедни три пацана лет по десять и я поехали наверх. Я приколы лифта уже знаю, а пацаны, смотрю, не местные. Остановились на пятом, лифт стоит. Ну, как обычно, вспоминает, что дальше делать. Смотрю пацаны как-то занервничали.Поворачиваюсь к дверям лифта и этим дверям говорю «Я — Серега». Двери оппа, и открываются. Выходя, оборачиваюсь к пацанам и делюсь тайным: «Реагирует на свое имя»Думал не прокатит, поскольку приколом этим, в разных вариациях, еще Ленин Крупскую разводил в Шушенском. Но не тут то было… Слышу лифт останавливается на седьмом и, как обычно, замирает в склерозе на десять секунд.- Я Витек!!! — орет один из лифта.
Лифт молчит.
— Я Тимур!!! — орет второй.
Лифт готовится открыть двери.
— Я Санек!!! — орет третий.Слышу, двери открываются и с охреневшей, судя по голосу, рожей, сосед, ожидавший лифт на площадке этажа :
— А я Валерий Павлович.Об одном жалею, что меня там рядом не было. Не видел я тех лиц.

«Естественный отбор. Сестренки».

Когда за Хозяином захлопнулась дверь, обе Сестренки, изображавшие доселе безмятежную лень, кинулись к закрытой двери ванной комнаты, предвкушая развлечение.

Уже неделя прошла с того дня, вернее, с той ночи, когда Хозяин, войдя в квартиру, осторожно достал из-за пазухи серенький комочек, безвольно свесивший лапки.

— Ну вот, девчонки, — виновато улыбаясь, произнес он, — это Люсенька, я вам о ней рассказывал. Она теперь будет жить с нами, надеюсь, подружитесь. А пока не мешайте нам.

И весь остаток ночи он возился с новым жильцом, отогревал в теплой воде, мыл, сушил, приспосабливал миски для корма и воды, сыпал в лоток наполнитель и не давал Сестренкам сунуть за дверь любопытные носы.

Покончив с неотложными делами и убедившись, что Люся крепко спит, он наконец вышел к Сестренкам, чтобы выдать им инструкции по поведению, но те, явно проигнорировав его слова, демонстративно задрали хвосты и удалились под кровать.

Обида была бескрайней! Впервые им было отказано в законных капризах, тем более в весьма здравом любопытстве! Это прощать нельзя!

Всю неделю обделенные вниманием Сестренки ревниво наблюдали, как после приезда с работы Хозяин возился с хвостатой мелочью, обрабатывал ей глазки мазью, возил к доктору и пичкал лекарствами. Но к общенью с ней Сестренок не допускал, запирал ее в ванной комнате

– Карантин, однако!

Наконец, сегодня объявил, что вечером можно будет познакомиться с ней поближе. А чего знакомиться? Они уже неделю как, сидя по разные стороны запертой двери, общались, если это конечно можно назвать общением:

— Эй, МалАя, — нарочито хриплым мявом начинала Младшая. — Тебя же Люськой зовут?

— Нет, — робко отвечала та, — меня зовут Люсенькой.

— Люсенькой ее зовут, – презрительно хмыкала Младшая. – Запомни, Люсенька, как только откроют эту дверь, я тебя придушу!

— За что? – вопрошала Люся, — Я же вам ничего плохого не сделала?

— За Хозяина! — завывала Младшая, — Раньше он любил только нас. А теперь еще и ты свалилась на нашу голову!

— Но ведь я его тоже люблю.

— Любишь его! – бесновалась Младшая, — Да что ты знаешь о любви! Хвост еще не отрастила, а туда же – Любовь!

Люся умела общаться в том же тоне – в подвале другого не признавали, но не хотела портить отношений. Она тихонько отходила от двери и молча укладывалась на лежанку.

Старшая вела себя несколько спокойней и, присев у дверей, подолгу расспрашивала Люсю о прежней жизни:

— У тебя есть Мама?

— У меня была Мама, но потом ее не стало, — грустно отвечала Люся.

— А ты помнишь ее? Какая она была?

— Да, помню. Она была… Она была самая лучшая на свете!

— А с кем же ты жила, когда не стало Мамы?

— Со мной рядом всегда был Старый кот. Он рассказывал мне про большой мир, согревал, когда мне было холодно, учил ловить мышек. А потом он ушел. На Радугу.

— Ты умеешь ловить мышей? И много ты их поймала?

— Да, я их ловила. Когда очень хотелось кушать. В нашем подвале они водились. Потом их не стало…

— Какой ужас! – шипела Младшая.

Они со Старшей вообще не могли похвастаться никакой добычей. Мышей в квартире не было, а больше они нигде еще не бывали. Старшая задумчиво отходила от дверей, походя затрещиной отгоняя от нее Младшую. Потом возвращалась:

— Сколько же тебе лет? Вернее, месяцев?

— Доктор сказал, что мне около пяти месяцев, но выгляжу я на два. Это от недостатка питания и витаминов в организме. А что это такое – витамины?

Наконец, вечером пришел Хозяин и торжественно объявил Сестренкам:

— Люсенька прошла карантин. Она вполне здорова и сегодня пополнит наше общество! – Он торжественно открыл дверь: — Люся – на выход!

Люся сделала несколько шагов из ванной комнаты, взглянула на полосатых теток и нерешительно присела у ног Хозяина, ставшего ей не только родным, но и единственно любимым Человеком. Младшая, развязно повиливая хвостом, двинулась к Люсе:

— Ну что, пигалица, наконец-то я дождалась этой минуты. Сейчас ты получишь…

— Заткнись, стерва хвостатая! – неожиданно прошипела Люся и приняла боевую стойку, как учил ее Старый кот. — Еще шаг, и я потушу твои фары! – и продемонстрировала растопыренную пятерню с выпущенными когтями.

— Ты чего, ты чего? – Младшая нерешительно остановилась, потом сдала назад и села на хвост, а Старшая упала на бок от беззвучного смеха.

— Ну, будем считать, что познакомились, — улыбаясь произнес Хозяин, — покажите Люсе наше жилище, когтеточку, поделитесь своими игрушками, а я пока пойду на кухню, готовить нам праздничный ужин.

Младшая нерешительно подошла к Люсе и, после некоторой паузы, осторожно ткнулась в ее носик:

— А ты взаправду умеешь ловить мышей или только хвасталась?

— Умею, — Люся скромно опустила глазки.

— Научишь нас тоже? Летом Хозяин обещал жить с нами на даче, он рассказывал, что там их полно!

— Летом? А что такое лето? – Люся пыталась вспомнить рассказы Старого кота про лето, но помнились только слова: Тепло. Бабочки. Солнышко.

— Лето на даче — это рай для таких, как мы, — Старшая подошла к Люсе и тоже ткнулась ей в носик. — Пойдем, мы расскажем тебе про лето.

Через полчаса, когда Хозяин решил, что для праздничного ужина все готово, он обнаружил всех троих на кровати. Старшая, лежа, вылизывала Люсе мордочку, приобняв ее одной лапой, Младшая, сидя рядом, делала ей массаж спины без коготков. Увидев Хозяина, она, не переставая мять Люсю, задорно промяукала:

— Хозяин, придется тебе зарабатывать больше – нам на корм! Эту доходягу надо хорошенько откормить, чтобы не портила общей картины!

Три усатые мордочки весело улыбались, глядя прищуренными глазами на Хозяина.

Автор ТАГИР НУРМУХАМЕТОВ