Выпуск №190
2016-12-12 05:00:01
Жили-были муж с женой, и жили бы они очень счастливо, но поселился у них родственник — дядя. Оказался этот дядюшка большой сволочью. Вечно всем был недоволен, то в семье мало зарабатывают, то готовят невкусно, то внимания ему мало уделяют. Капризами своими всех просто забодал.
Но семья была деликатной и все это терпела.
Наконец, этот старый паразит умер. И возвращаясь с похорон, муж сказал жене:
— Признаюсь тебе, дорогая, что, если бы я не любил тебя так сильно, я бы этого твоего дядю давно выгнал.
Тут жена чуть не падает:
— Как? Моего дядю? Я была всегда уверена, что это твой дядя!
Но семья была деликатной и все это терпела.
Наконец, этот старый паразит умер. И возвращаясь с похорон, муж сказал жене:
— Признаюсь тебе, дорогая, что, если бы я не любил тебя так сильно, я бы этого твоего дядю давно выгнал.
Тут жена чуть не падает:
— Как? Моего дядю? Я была всегда уверена, что это твой дядя!
Еврей приходит служить на корабль. Его знакомят с экипажем:
— Это боцман, штурман, мичман, лоцман.
— Ба, да тут все свои. Моя фамилия Кацман.
— Это боцман, штурман, мичман, лоцман.
— Ба, да тут все свои. Моя фамилия Кацман.
— Дорогой, скажи, что тебе очень повезло, что ты встретил меня!
— Конечно повезло, а вот твой бывший — вообще везунчик.
— Конечно повезло, а вот твой бывший — вообще везунчик.
— Почему ты после женитьбы бросил заниматься нумизматикой?
— Теперь я занят поисками современных денег.
— Теперь я занят поисками современных денег.
Суслов и Брежнев прогуливаются по Москве. Проходят рядом с каким-то памятником. Брежнев спрашивает:
— А что это за памятник?
Суслов:
— Это памятник Чехову.
Брежнев:
— А, это тот который "МУ-МУ" написал.
Суслов:
— "МУ-МУ" написал Тургенев.
Брежнев:
— Не понял, "МУ-МУ" написал Тургенев, а памятник Чехову?
— А что это за памятник?
Суслов:
— Это памятник Чехову.
Брежнев:
— А, это тот который "МУ-МУ" написал.
Суслов:
— "МУ-МУ" написал Тургенев.
Брежнев:
— Не понял, "МУ-МУ" написал Тургенев, а памятник Чехову?
Супруга Рабиновича на смертном одре признается:
— Не могу унести эту тайну с собой в могилу. Знай же: Исаак — не твой сын!
— Чушь! От кого же он может быть?
— От нашего конторщика Гиршфельда.
— Не верю ни одному твоему слову! Такой красавчик, как Гиршфельд и такая, как ты!
— Я заплатила ему две тысячи.
— И где же ты взяла столько денег?
— Из твоей кассы.
— Так я и говорю: Исаак — мой сын!
— Не могу унести эту тайну с собой в могилу. Знай же: Исаак — не твой сын!
— Чушь! От кого же он может быть?
— От нашего конторщика Гиршфельда.
— Не верю ни одному твоему слову! Такой красавчик, как Гиршфельд и такая, как ты!
— Я заплатила ему две тысячи.
— И где же ты взяла столько денег?
— Из твоей кассы.
— Так я и говорю: Исаак — мой сын!
Разговор двух блондинок:
— Представляешь, я беременна!
— С чего ты взяла?
— Доктор сказал.
— Ну, и кто отец?
— Ой, а этого доктор не сказал...
— Представляешь, я беременна!
— С чего ты взяла?
— Доктор сказал.
— Ну, и кто отец?
— Ой, а этого доктор не сказал...
Наталия