Выпуск №7341

2026-09-23 13:55:36

В магазине:
— Скажите, эта кофточка не линяет?
— Что вы! Окраска — на века!
— Жать, что цвет немного темноват…
— Ну и что? Ведь он после первой же стирки сойдет?

— Молодой человек! Купите девушке цветы, а то я уже замерзла…
— И по чем?
— По десятке за штуку.
— Тогда вам нужно теплее одеваться!

— Ты чего делаешь?
— «»Аншлаг»» смотрю.
— А чего смеешься?
— Звука нет.

Ночь. Кладбище. Из могилы вылезает мертвец и начинает разворачивать крест. Второй мертвец:
— Ты чего делаешь?
— Да что-то у меня НТВ плохо ловит…

В магазине:
- Простите, у вас кофе молотый или растворимый?
- Растворимый.
- А хороший?
- Ну я не знаю. Люди берут, растворяют...

Встретились как-то Мадонна и Бил Гейтс. Мадонна говорит:
— Я такая богатая, что могу купить весь Мир!
— А я не продаю…- ответил Бил.

Что такое «независимость от алкоголя»?
Это когда человек уже несёт «пургу» независимо от того пьян он или трезв.

Умная женщина — это та, которая дурачится с умным мужчиной , а не умничает перед мужчиной-дураком.

Вы – злопамятный человек, если уже 20 лет, как окончили школу, а поджечь ее все равно хочется.

Не доводите человека до безразличия — он оттуда уже не вернётся…

Еще из этого выпуска (1/5) »

Мне нравится2

183

Добавить в закладки

2998

183 комментария

← Предыдущая Следующая → Первая 8 9 10 11 12 13

Показаны 151-165 из 183

Галина

Рейтинг: 467708

2026-09-23 20:06:01

Жила у нас в деревне женщина. Характер — весёлый, сама — работящая, руки золотые, а вот семейная жизнь всё никак не складывалась. По молодости уехала на целину — тогда это было дело обычное, романтика, стройки, новые земли. А вернулась на руках с девчонкой. Это сейчас всё в порядке вещей, а тогда — стыдно, некрасиво, за спиной смешки, косые взгляды. А она — молодая, красивая, статная. И все своих мужичков беречь стали, потому что после войны мужчин мало было. В пятидесятые годы недостаток был страшный — на всю деревню несколько неженатых. Вот один и решил: девка молодая, одна с ребёнком, никому не нужна — пристроюсь я к ней потихоньку. То пряников купит, то сена бесплатно привезёт, то по хозяйству что-то поправит. Мужчина в доме — это для деревенской женщины много значило. Она сначала и рада была: хоть какая-то помощь, хоть какое-то тепло. А потом смотрит — а он всё ближе, всё наглее. Обидно ей стало. Заговорили люди. И пошла она к его жене — прямой, честной, без обиняков. Говорит: «Нет от него проходу. А у меня девчонка маленькая. Я и так-то не больно кому нужна. Что делать — не знаю». Жена его — женщина мудрая, терпеливая, всё уже давно поняла. И решили они вдвоём — по-хитрому, по-бабьи, но по справедливости.

Тёка как-то между делом обронила фразу — мол, ночами сплю на чердаке, на сене. Такие сны красивые снятся! Наш ловелас уши навострил. Принарядился, побрился, надушился. Жене говорит: «Я покурю, а ты спи, я скоро вернусь». А она — сообразила. Быстрее к Тёке, и на чердак. А там уже всё готово: Тёка кисель из муки наварила — густой, липкий, тягучий, и подушка с перьями распорота, перья по всему чердаку разложены. Слышат — наш горе-любовник ползёт. Лестница скрипит, он пыхтит, кряхтит. «Тёка! Я! А ты?» А жена его шепчет: «Иди, иди, душа моя…» Только показалась голова — кисель из одних рук, перо из других! Он как заорёт! С испуга, с неожиданности — кубарем вниз по лестнице. Чуть кондратий не хватил. Лежит на полу, глаза вытаращены, трясётся. Просыпается — а жена ему перья на лицо клеит. И приговаривает: «Ну как, котяра? Чужой чердак тебе?» Он — ни слова. Только мычит. Как это по деревне разошлось — уши вяли. Вся деревня хохотала. А Тёку зауважали. Потом посватался к ней парень — хороший, работящий, не гулящий. Замуж вышла. Хорошая семья получилась. Родили четверых детей. И жили они долго, дружно, в любви и согласии.

А тот ловелас ещё долго по деревне ходил — оглядывался. И каждый раз, как видел Тёку, краснел и ускорял шаг. Может, совесть проснулась. А может, просто кисель вспоминал. Но с тех пор — ни-ни. Тише воды, ниже травы.

Вот так иногда бабья смекалка и обида — да вместе — могут не только проучить, но и судьбу изменить. Тёка потом всю жизнь смеялась, вспоминая тот чердак. А дети её, внуки — уже и не знают той истории. Только где-то в старом доме, под крышей, до сих пор, говорят, пахнет киселём и перьями.