Слава Сэ: Про неуверенных людей

Маша дарит Ляле недобитую обувь. Ляля ворчит неблагодарно. Ей нравятся открытые фасоны «D'orsey» и «T-Strap». А Маша носит «Mary Janes» с тяжёлыми носами. Её пальцы, видите ли, недостаточно округлы и не параллельно уложены. Маша ботаник, у неё внутри компот из морали и правил приличия. Ей стыдно за формы некоторых фруктов, собственные волосы кажутся слишком белыми для математической олимпиады. И ещё, она не выносит слова «задница».

Мы пошли в обувной магазин исполнять любые прихоти. Маша выбрала ближайший к выходу ботинок. Он полностью её устроил. От босоножек отказалась, потому что пальцы. У Ляли другие ценности. Она нашла свадебный отдел и мгновенно его полюбила. Там всё в бриллиантах, перьях, всё воздушное, но не как десант, а как лебеди. Там можно стать принцессой без использования принцев. Триста евро – и ты в сказке.
Но реальный мир полон свинства. В этом отделе всё пошито на огромных кобыл. Кобылы правят миром. Они угрожали сапожникам расправой или даже сексом. Теперь вся красота у них вот где, в крепко сжатом копыте. Не в силах терпеть молодость до тридцать седьмого размера, Ляля принесла Маше жемчужную туфлю с тонким ремешком и огромной кондитерской розой. Сестра только ресницами хлопала. Пришлось объяснять насколько актуален цвет, а розы в принципе рулят. Стоило Маше купиться, чудо перешло бы к кому надо уже через год. Как раз бы и ступня растопталась до свадебных пропорций. Но Маша назвала Лялю сумасшедшей и покраснела. Девочки поговорили о дизайне, закончив всё словами «корова» и «дура».

Элегантно вращая туфлю над головой, Ляля пошла прочь. Нет лучшего способа скрыть досаду, чем размахивать дорогой обувью. По небрежной походке и вертолётному свисту было понятно, никто вообще не расстроился. Мне представилось, как рвётся нежный ремешок. Как движением от бедра я оплачиваю разбитую витрину и потом хожу по дому в свадебных туфлях, которые одновременно и жмут, и спадают. Продавщице привиделось похожее. Только в её мечтах мы отказались платить и она сама ковыляла в неисправной обуви. Хотя, могла бы на те же деньги купить велосипед. Был небольшой шум, Лялю поймали, прелесть отобрали, нотацию прочли.
Скандал в магазине – бесчестье всему роду. Маша не могла поднять глаз. Чувствовала не глядя — сбежался весь универмаг. Все думают «позор» и «фу какая девочка». Она бы всё отдала за простое умение телепортироваться. Пользуясь её недееспособностью, я выбрал босоножки сам. Маша напялила их и пошла к выходу как японский робот, наступая на всю ступню. Её неприличные пальцы торчали, но какая теперь разница.

Она ужасно неловкая. Другие девочки, я знаю, воруют у сестёр помаду и укорачивают мини бесконечно, потому что совершенство недостижимо. А у нас бабуля плакала украдкой, когда Маша надела платье. Я пытался развить в ней жеманство. Показывал на себе как ходят модели. Делал презрительное лицо, выпрямлял ногу и крутил задницей, ни в коем случае не произнося это слово. Конечно, Маше было за меня стыдно. Ещё, подсунул видео одной корейской девочки, которая красиво кокетничает. Всё зря. С другой стороны, за мою сестру Ленку мужики дрались на ножах. Многократно. Двоих зарезали, троих посадили, в том числе родного мужа. Исчисленная в раненых и отсидевших, Ленкина красота набирает пять баллов, рекорд станицы. Счастливой Ленка не выглядит.

Маша не провоцирует поножовщину. Она выучила названия туфель как таблицу синусов. Ещё она читает Ремарка на немецком и решает задачи математических олимпиад. Такие, например:
На сельский праздник пришло двадцать пять человек: рыцари, крестьяне и девицы. Рыцари всегда говорят правду, крестьяне всегда врут, девицы то так, то эдак. На вопрос «ты рыцарь?» утвердительно ответили семнадцать человек. На вопрос «ты девица?» ответили «да» двенадцать человек. И восемь опрошенных назвали себя крестьянами.

Первый вопрос: Сколько на самом деле рыцарей?
Второй вопрос: Имеет ли право человек, решивший эту задачу за минуту (Маша), ходить любой походкой?