В общем, есть у нас попугай. Сын просил, купили.

Живёт уже с нами 9 лет. Но попугай — это неточное слово для этого троглодита. Он не попугай. Он тигр, гребнистый крокодил и чёрная мамба. Он ненавидит человечество в принципе. Родных и близких неистово. В глазах его круглосуточно можно прочесть одно — сдохните, твари.
Погладить его невозможно, поиграть — боже сохрани. Кормить надо, когда он отвернется. Иначе он диким орлом бросается на руку отгрызть пальцы.
Меняешь воду — он пытается раздвинуть прутья клетки и вырвать тебе сердце.
На детей смотрит с презрением, как на отсталых. Он тоже явно чайлдфри.
Настроить ему семейное счастье не представлялось возможным — мы не уверены, что он мальчик. Или девочка. Там вообще не вариант заглянуть, так как я не люблю, когда мне клювом делают трепанацию черепа.
Большой шанс перепутать с супругом, жалко новую птичку в крыльях этой скотины.И вот так жили мы в тихой ненависти с этим летающим недоразумением.
Сын сказал — лучше бы волка взяли, он хотя бы воет.Научить говорить этого люцифера изначально пытались, но потом прижигали разные части тела перекисью водорода и, черт с тобой, летай немым.Клетка всегда открыта, летает где хочет, грызёт всё, что видит. Неугодное скидывает на пол и топчет сверху.Немного успокаивал Иннокентия только бассейн. Сядет в него, нахохлится и смотрит оттуда матом. Но два месяца назад что-то случилось.
Когда я открывала морозильник, этот зеленый пенсионер-девственник подошёл к краю, долго смотрел, а потом положил голову мне на руку.
Я онемела. Щенок лабрадора. Положил и стоит не дышит.
Я начала судорожно вспоминать где в доме бинты, потому что мало кому на планете удавалось обниматься с аллигатором без последствий.Постоял, повздыхал. Прикрыл глаза. Наверно, думаю, помирает. Или шизофрения птичья.
И началось.
Я глубоко в квартире — он сидит пришибленный. Тоска и мрак.
Я выхожу на кухню — выскакивает, блеск в глазах, перья нараспашку, хохолок огнем. Пытается сесть на плечо, крылом прикрывает. Женюсь и всё.Дети ржут — мама, что на свадьбу дарить.
Ест со мной из одной тарелки, но больше следит, чтобы я не оголодала. Лучшие куски мне подпихивает. На бокал вина сядет и с намёком переминается с лапы на лапу. Девушка, а что вы делаете сегодня вечером.
Остальных членов семьи ненавидит по-старому.Поёт на весь дом. Что-то на испанском. Хвост пытается распустить, в душе он павлин. Хотя это все мужики так...
На голубей за окном смотреть перестал. Я утром уже перед тем, как выйти из спальни, халат красивый надеваю. Шёлковый, в венценосных журавлях. А что делать. Такая любовь.

Не знаю, что думать. А вы говорите, люди не меняются.                                                  Валентина Семилет